Часть 10

УСТРОЙСТВО СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ

Олег Акимов



https://youtu.be/1gZF7QrtK6U

В лекции Дэвида Кринга (David Kring), прочитанной 11 июня 2016 года, затронут вопрос рождения Луны, которое произошло 4,5 млрд. лет назад. Лектор рассказал о гипотезе ударного происхождения Луны. Он продемонстрировал симулятор Робин Кенап (Robin Canup), где видно, как из осколков Земли и налетевшей на неё небольшой планеты образовался аккреционный диск, из которого, довольно быстро, в течение одной тысячи лет сформировалась Луна. Сначала она была в 16 раз больше, чем сегодня и находилась на расстоянии 3,8 лунных радиусов. Затем, 3,9 млрд. лет назад Луна существенно уменьшилась в размерах и удалилась от Земли на расстояние 21 лунного радиуса. Сегодня она имеет ещё меньший диаметр и находится от Земли уже на расстоянии 60 лунных радиусов.

Итак, Дэвид Кринг придерживается принятой сегодня точки зрения на рождение Луны, которая окончательно сформировалась пять лет назад в недрах Гарвардского университета. Впервые об этой гипотезе заговорили в 1974 году. Её сторонники называли своё детище "гигантской" или "большой" теорией столкновения. Они утверждали, что 4,5 млрд. лет назад Земля столкнулась с объектом, равным приблизительно сегодняшнему Марсу. Это столкновение дало множество осколков, которые начали вращаться вокруг Земли. Робин Кенап создала компьютерную модель для изучения деталей сценария удара. Через десять лет, в 1984 году, на лунной конференции на Гавайях ведущие астрономы мира, в основном, достигли консенсуса в том, что теория Кенап наиболее приемлемо объясняет происхождение Луны.

Вторым важным моментом предыдущей, 95 части "Конструктивного познания" является акцент, сделанный специалистами НАСА в программе пилотируемых космических кораблей Аполлон, начиная с 11 и кончая 17. Этот акцент указывает на ударное происхождение кратеров и, вообще, всей Луны в целом. Именно поэтому эту теорию назвали "гигантской" или "большой" импакт-теорией.

Существовало несколько моделей возникновения Луны, но сегодня официально признана одна, которую разработала Кенап. Победа её теории объясняется тем, что с помощью одного большого удара удалось "убить сразу двух зайцев", т.е. найти причину для возникновения самой Луны, и причину для возникновения множества ударных кратеров на её поверхности.

Таким образом, кратеры на поверхности Луны возникли не от падения первичных метеоритов из пояса астероидов, расположенного между Марсом и Юпитером, а от падения так называемых вторичных метеоритов, которые появились в результате столкновения Геи, т.е. древней прото-Земли, с Тейей, т.е. с планетарным объектом размером с Марс.

Сейчас мы покажем короткий фильм, где рассказывается история данного вопроса.

*
*   *

Естественно, эти документальные съёмки очень неважного качества, не идут ни в какое сравнение с цветными съёмками, сделанными в студии Голливуда. Но давайте, наконец, переходить к сути нашей проблемы. Она заключается в ошибочности принятой на сегодняшний день гигантской импакт-теории.

Почему данная теория ошибочна, наш конструктивно думающий зритель, наверное, уже догадался сам. Разве не видно, что вместо адекватной модели, отображающей естественные процессы в замороженном эфире, нам подсунули взрывную искусственную модель, т.е. некое придуманное явление, навеянное людьми с катастрофическим образом в голове. Это — чисто программный продукт, который не заслуживает даже названия "модель". Лучше всего, к нему подходит слово "симулятор" в прямом русскоязычном толковании.

Мы видели симуляторы гравитационных волн и чёрных дыр, а также множество других симуляторов, о которых сейчас не станем говорить. Лучше обратим внимание на характер лунных кратеров, в частности, на хорошо известный кратер Тихо. Ведь это типичный кратер-маар, когда дно кратера (оно синего цвета) находится ниже окрестностей, окрашенных в зелёный цвет.

Авторы неправильно интерпретируют свечение так называемых лучистых кратеров, о которых уже говорилось и будет сказано в будущих частях "Устройства Солнечной системы", поскольку лучистые кратеры есть не только на Луне, но и на множестве других космических объектах. Спутники Юпитера и Сатурна, спутник Плутона Харон, астероиды Церера и Веста — все они имеют лучистые кратеры, которые свидетельствуют о внутренних напряжениях в объектах — носителей этих лучистых кратеров. Длительное свечение отдельных участков в районе кратера не порождается ударом камней. Оно вызвано пьезо-эффектом, ионизирующим частицы, которые начинают светиться под действием прямых солнечных лучей.

*
*   *

Сейчас мы покажем два фильма о работе американской исследовательницы, Робин Кенап. По-видимому, на сегодняшний день она является самым востребованным специалистом по Луне и другим спутникам Солнечной системы. О её модели рождения Луны, рассказывал Дэвид Кринг, о чём мы говорили в самом начале этой, десятой части "Устройства Солнечной системы". Итак, смотрим.

*
*   *

Существовало несколько теорий возникновения Луны. Самой ранней научно обоснованной теорией была, пожалуй, теория Джорджа Дарвина, сына знаменитого Чарльза Дарвина, который высказал её в 1878 году. Он предположил, что народившаяся Земля очень быстро вращалась. Под действием центробежных сил планета вытянулась в направлении экватора. Наконец, в один прекрасный день, где-то в районе Тихого океана отделился огромный кусок Земли, который и сделался её спутником. В 1884 году гипотезу Дарвина горячо поддержал геолог Осмонд Фишер. Отсюда появилось второе название — "Теорией Дарвина – Фишера". Она благополучно просуществовала до начала двадцатого века.

Этой "Теорией деления" противостояла "Теория захвата", выдвинутая в 1909 году американским астрономом Томасом Джефферсом Джексон Си. Автор утверждал, что Луна сформировалась далеко-далеко в космосе, но однажды, пролетая вблизи Земли, попала в поле её гравитации, и осталась в качестве спутника. Астроном поверил в легенду американских индейцев, будто существовало время, когда на небе луны не было. Между тем, расчёты показывают, что тело, имеющее массу Луны, пролетающее мимо Земли, не может быть захвачено гравитационным полем последней. Если бы захват всё же произошёл, то Луна вращалась бы по очень вытянутой орбите.

Наряду с этими двумя существовала третья — «Теория аккреции», предложенная ещё Кантом в середине 18-го столетия и позже одобренная Лапласом. Авторы предположили, что все тела, включая планеты и их спутники, возникли в силу уплотнению пылевой туманности. Их теория на уровне объяснения возникновения всей Солнечной системы просуществовала до наших дней. Изменения коснулись только Луны. Все прочие теории возникновения нашего естественного спутника, считаются устаревшими. Хотя и здесь наблюдается широкое разнообразие. Предпочтение отдается теориям, лежащим в рамках катастрофического сценария. Нынешним реконструкторам истории Солнечной системы разонравились медленные, эволюционные процессы. В образах их представлений непременно фигурировали взрывы — и чем больше их, тем лучше.

В 1975 году в журнале "Икарус" появилась статья Уильяма Хартманна и Дона Дэвиса, в которой предлагалась теория образования Луны в результате столкновения прото-Земли с Тейей. По поводу аккреционной теории, Хартманн писал: «Трудно представить, что два небесных тела вырастают рядом из одного орбитального слоя вещества, но при этом одно из них забирает всё железо, а второе остается практически без него».

Ему возражали аргументом сепарации, когда тяжелые элементы естественно сосредотачивались в центре максимального завихрения. Сходным образом в этой теории объяснялся и дефицит летучих веществ. Они просто испарялись при столкновении и дроблении кусков аккреционного диска. Как ни старались последователи Канта, их аккреционная теория в отношении Луны потерпела фиаско.

Согласно теории Хартманна – Дэвиса, первоначальным местом пребывания Тейи была область вблизи так называемой точки Лагранжа. Все тела, находящиеся в этой зоне ведут себя спокойно, не стремятся её покинуть. Но дело происходило в ранний период становления Солнечной системы, когда в пустом пространстве космоса летало множество кусков "бесхозного" материала. Эти куски попадали в поле тяготения Тейи, прилипали к ней, увеличивая, тем самым, её исходную массу. И вот, 4,5 млрд. лет назад, масса Тейи сделалась настолько огромной (равной примерно массе Марса), что она почувствовала себя Орфеем. Вышла из своей "тихой гавани", т.е. точки Лагранжа, и пустилась в свободное плавание.

На этом пути Тейя налетела на Гейю, прото-Землю, со скоростью примерно 4 км/с. Но не так чтобы удар произошёл прямо лоб в лоб, а под некоторым острым углом, не более 45 градусов. Таким образом, при ударе металлическое ядро Гейи задето не было. Зато её мантия разлетелась во все стороны, образовав аккреционный диск, на который, однако, пошло не более двух процентов ударившей массы. Основная часть Тейи превратилась в Селену, которая быстро, примерно в течение столетия после удара, превратилась в знакомую нам Луну.

В теории Уильяма Хартманна (William Hartmann) были учтены плотности вещества двух столкнувшихся масс. Плотность Земли равняется 5,5 г/куб. см; плотность Луны заметно меньше — 3,3 г/куб. см. Это объясняется тем, что Земля имеет Fe-Ni ядро, которое составляет примерно 3 % от всей массы Луны. По этой причине, между прочим, была отвергнута аккреционная теория совместного образования Земли и Луны из одного протопланетного облака.

Между тем, Луна имеет сходный с Землей изотопный состав кислорода. В этом отношение, например, Марс и астероиды отличаются от Земли и Луны. Только по одной этой позиции можно сделать вывод, что Луна генетически связана с Землей. Правда, Луна и Земля заметно отличаются друг от друга в ином плане. Луна, по сравнению с Землей, имеет низкое содержание легко летучих элементов, таких, как водород, азот, фтор, инертные газы. Напротив, на Луне наблюдается некоторый излишек относительно тугоплавких элементов, в частности, титана, урана и тория.

И ещё, на Луне нет воды или её слишком мало. На Земле воды много. Когда говорят, что при ударе вода на Луне испарилась, то при этом забывают, что и Земля находилась в тех же температурных условиях.

Говоря о различном химическом составе лунного и земного базальта, забывают, что речь идет о среднестатистических параметрах. Индивидуальные же отклонения — и на Луне, и на Земле — существенно выше. Так что перечисленные эмпирические показатели не могут служить весомым аргументом в пользу какой-либо определенной теории.

Впрочем, в Википедии пишут, что "Луна имеет прочную кору толщиной от 60 до 80 км, что в несколько раз толще земной коры. Считается, что лунная кора образовалась из продуктов плавления лунной мантии. Очевидно, что первоначально Луна была нагрета до полного плавления, Земля же, никогда не была полностью расплавленной.

В любом случае, описанная выше легендарная история о Гее, Тейе, Орфее и Селене, не может быть объектом точного количественного расчёта. Так что, вряд ли теория Хартманна в чистом виде тянет на всесторонне обоснованную физико-химическую модель. Поэтому, естественно, она подвергалась критике с различных сторон, пока в 1997 г. известная нам американская исследовательница, Робин Кенап (Robin Canup), не написала диссертацию на тему "Рождение Луны". В основание своей идеи она положила лучшую на сегодняшний день концепцию Гигантского столкновения (Giant impact). Главное расхождение её теории с исходной состояло в следующем.

Робин Кенап считала, что вновь сформированная Луна должна оказаться на достаточно нестабильной орбите, поэтому, рано или поздно, она должна упасть на Землю. Исходная орбита Селены должна быть скорректирована мощным вторым ударом.

Такое представление, разумеется, тоже не было результатом строгого механического расчёта. Просто, Робин Кенап так чувствовала и видела ситуацию. Она представляла себе соударение двух тел, масса которых относится как 1 : 81. Ей казалось, что Хартманн и Дэвис (Devis) слишком мало оставили осколочной массы для формирования аккреционного диска. В результате второго удара, по её мнению, общая масса осколков должна возрасти до необходимого объёма, при котором произойдёт стабилизация системы Земля – Луна.

Этот взгляд на вещи выглядят слишком узким; искусственным построением на фоне почти двухсот спутников, которые вращаются вокруг восьми планет Солнечной системы. Здесь нужен явно более универсальный подход к планетам и их спутникам. Огромное разнообразие планет и их спутников — как по химическому составу, так и по физико-механической линии — невозможно объяснить видимыми внешними причинами. Тут надо прибегать к эфиру. Всякий раз изобретать для каждого спутника планеты свой индивидуальный механизм возникновения — дело абсолютно безнадёжное.