Часть 45

УСТРОЙСТВО СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ

Олег Акимов



https://youtu.be/XW9JTjSzzmo

Этот видео-файл начну с изложения удивительного факта, которому я не могу найти разумного объяснения. Речь пойдет о белых камнях третьего участка, который находится в конце верхней бульдозерной дороги. К моменту её посещения осенью 2018 она сильно заросла травой. Сотрудники заповедника GHAZAL, по-видимому, не особенно касались её. Единственное, что они могли сделать, это написать номера пней, потревожить сухие и обгорелые ветки деревьев, но не думаю, чтобы они стали сдвигать и переносить с места на место огромные тяжелые белые камни. Впрочем, для чистоты эксперимента, надо непременно выяснить, что они сделали на этом третьем участке заповедника.

В данный момент демонстрируется две фотографии третьего участка — вверху показана фотография весны 2018 года, внизу показана фотография осени 2018 года, когда мы с женой прибыли на третий участок заповедника GHAZAL.

По верхней фотографии весны 2018 года все белые камни были пронумерованы. Аналогичная нумерация камней была произведена для нижней фотографии осени 2018 года. При это одновременно устанавливалось соответствие камней, т.е. каждому номеру камня верхней фотографии ставился идентичный номер камня нижней фотографии.

На следующей паре фотографий справа от двух основных фотографий весны и осени третьего участка заповедники, я разместил фотографии пронумерованных камней соответственно для весны (они вверху) и осени (они внизу). Весенние и осенние фотографии этих камней покажу отдельно в увеличенном масштабе.

Теперь ещё раз напомним кадры из фильма КП 156, опубликованного 14 августа 2018 года, смонтированного вскоре после поездки в заповедник GHAZAL, (тогда он еще не был заповедников; за всё время пребывания на холме я не видел ни одного человека).

Голубыми овалами я обвел следы космических струй на обочине бульдозерной дороги. Так как следы оказались не только на обочине, но и на самой дороге, то у меня сразу возник вопрос: как такое могла случится. Ведь это означало, космические лучи опалили почву после того, как по ней проехал бульдозер.

Красным кружком я обвел пёнек, которого не затронула космическая струя, опалившая обочину и саму дорогу, по крайней мере, на время, когда здесь работал бульдозерист.

Данный кадр демонстрирует, что струя обжигала почву очень аккуратно. Мы видим, что она не спалила небольшой кустик, а только опалила его корна.

Здесь же, на обочине дороги, я видел белый камень. Откуда он взялся? Поскольку я уже видел множество таких же камней вокруг скалы, то решил, что он прилетел от неё.

Это — участок номер три, возле пня, которому впоследствии сотрудники заповедника GHAZAL присвоили хронологический номер 365. Но в фильме КП 156 никаких номеров ещё не было.

Эти три пня стоят чуть выше места, где заканчивается дорога. Поэтому я обвел их красным маркером. Но сотрудники заповедника установили, что космическая струя, обрушившаяся на пень 365, почти одновременно обрушилась на три вышестоящих пня, поэтому присвоила им следующие по счёту номера — 366 и 367.

Здесь же, на обочине дороги, я увидел белый камень, но не крохотный, о котором говорил вначале, когда рисовал голубые овалы на обочине дороги, а гигантский, весом, наверное, несколько сот килограммов, если не больше, порядка, нескольких тонн.

Он намного больше любых из камней, которые лежали возле пня, которому сотрудники заповедника присвоили хронологический номер 365.

Рядом с гигантской глыбой, чуть ниже её, лежал камень поменьше, который, однако, отличался от большого желтоватым цветом. Сначала я подумал, что камень меньшего размера испытал эрозию. Но сейчас, я думаю, несколько иначе. С камнями происходят намного более глубокие пертурбации.

Вернемся снова к камням, лежащим справа от 365-го пня, Посмотрите внимательно на второй камень. Он представляет собой кубик небольшого размера. Но через полгода, когда я посмотрел на него осенью, то не поверил своим глазам: он превратился в кубик намного большего размера, причем приобрел ярко белый цвет.

Теперь посмотрите на 6-й камень. Кажется, он явно испытал эрозию. Возможно, когда-то он был белым, но весной 2018 года я сфотографировал его, как объект испытавший эрозию. Его форма была слегка округлой, через полгода он подрос, а его форма приобрела угловатость.

Весной камень 3 представлял собой нечто непонятное. Осенью же он превратился в очень понятную форму. В самом деле, кому сегодня не понятен жёлто-коричневый нарост на белых камни? Зритель предыдущего фильма отлично знает, что эта окаменелость попадается в заповеднике на каждом шагу.

Камень 4, как например, и камень 6, не имел отчётливой конфигурации. На нижней фотографии, сделанной нынешней осенью, он превратился из куриного окорока в "серьезный" осколок скалы.

То же самое можно сказать о камне 5. На верхней фотографии весны 18-го года он выглядел, как кусок дерма, на нижнем снимке, его как будто подменили: перед нашим взором он предстает благородным мрамором. Его неопределенная желтизна оборачивается прекрасной бледно-желтой накидкой, которую мы неоднократно видели на камнях первого участка.

Наконец, последний 8-й камень. Опять же, он кажется мне более симпатичным. На верхней фотографии он смотрится невзрачно, каким-то маленьким и сереньким. Эфир облагородил его, увеличил в размерах, предал ему художественную выразительность.

Может быть, фотография весны 18-года 3-го участка заповедника была не удачной по сравнению с осенней фотографией.

Да, верно: весенняя фотография неважного качества. На ней нельзя рассмотреть всех деталей. К сожалению оригинальных фотографий не сохранилось. Восстановить фильм в качественном изображении уже нельзя.

С осенними фотографиями дело обстоит несколько лучше. У меня сохранилось несколько снимков отменного качества. Давайте ещё раз посмотрим на камни 2-го участка на весенней фотографии и сравни те же камни, показанные на осенней фотографии.

Всё-таки жаль, что сотрудники заповедника GHAZAL на втором участке разбили пасеку. В том месте находилось множество камней, которые можно было бы сейчас изучать на интересующую нас тему. Увы, упущенную возможность теперь не вернуть. Супружеская пара пчеловодов — а я думаю, что она входят в исследовательскую группу заповедника — ради чистоты эксперимента, сделала всё, чтобы белые камни не влияли на проведение пчёл.

Разумеется, камней в долине GHAZAL еще достаточно. Пожалуйста, проводите свои эксперименты. Это так. Только я сокрушаюсь об упущенных возможностях. Корректный эксперимент потребует от исследователя длительного времени наблюдения, по крайней мере, полгода, а его как раз и не хватает.

Впрочем, впадать в уныние не станем. Даже данных по третьему участку заповедника GHAZAL достаточно. Особенно, если учесть большой белый камень, лежащий в тупике верхней бульдозерной дороги.

Что с ним произошло — вы нашли его?

Конечно. Это первое, что я сделал, усадил возле него Лену, чтобы она не лазила со мной по камням, а дожидалась времени обеда в комфортных условиях, т.е. в тени этого камня.

Вот кадр видеофильма КП 156, имеющего второе название "Устройства Солнечной Системы (Часть 32)". Фильм снят весной 18-го года, но кадр сделан недавно — 11 ноября, 00 часов, 52 минуты, 19 секунд, что подтверждается соответствующей надписью.

На кадре мы видим, большой белый камень, а ниже камень поменьше, который, однако, выглядит как-то странно. Его вид представляется мне какой-то "зверушкой", но так зафиксировала камера моего телефона. Я предупреждал, что качество съёмки плохое, но сейчас ничего сделать не могу, так как у меня остался только фильм КП 156

На этом кадре демонстрируется тот же камень, который лежал тут же, рядом с белым большим камнем, но изображение превосходное, хотя оно удивило меня еще больше. Посмотрите, здесь для сравнения рядом с качественной фотографией осени 18-го приводится старое изображение из фильма КП 156.

Я потрясён: неужели эта странная "зверушка", которую зафиксировала камера полгода назад, превратилась в этот чудный булыжник.

"Зверушка" не сделалась больше, т.е. жёлтыё булыжник не увеличился в размерах. По сравнению с большим белым камнем, жёлтый камень остался в прежних с ним отношениях.

Так мне показалось — ведь у меня под рукой не было сантиметра. Чтобы зафиксировать точные габариты обеих камней, мне потребовалось бы полдня. Но по моим прикидкам, могу достаточно определённо сказать, что пропорции между камнями остались прежними.

Итак, мы замечаем, что с жёлтым камнем произошло что-то неладное. Из "зверушки", т.е. из некоего подобия камня, "зверь" превратился в доброкачественный эфирный продукт, каковым является жёлтый камень.

Нечто подобное произошло с третьем канем на третьем участке верхней бульдозерной дороги, где стоит 365-й пень, весь обсыпанный камнями.

Отыщите его глазами либо на этой картинки..., либо на этой. Посмотрите, чем он был весной этого года и чем он стал осенью.

На этой картинке третий камень обведен красной рамочкой — так он выглядел на фотографии весной, а справа он же сфотографирован в увеличенном масштабе осенью. Хотя фактически он не увеличился в размерах.

Самым показательным камешком является, по-видимому, 6-й. Он уж точно испытал эрозию, думал я. На это указывал его тёмно-серый цвет — явный признак его заскорузлости, почтенного возраста. Во всяком случае, так считал и говорил я раньше. Такой цвет имело большинство камней долины GHAZAL, которые виднелись на горизонте, да и сама скала имела этот темно-серый цвет. И это логично. Сколько лет она здесь стоит? Скольким ветрам и дождям она подвергалась? Ей просто положено иметь такой вид. Вот почему я больше всего удивился изменению внешнего вида именно 6-го камня.

Я жаловался на желтый камень, что находился возле большого белого камня, мол, не понятно, что он представлял собой весной 18-го года. Осенью же этого года я убедился, что с ним всё в порядке — камень как камень, каких десятки, а, может и сотни камней на всех участках заповедника, особенно на первом участке и среди камней, лежащих на скале или вблизи неё.

Аналогичные сомнения я испытал с третьем камнем, который тоже не продемонстрировал своей желтизны явным образом. Но осенью он убедил меня, что с ним произошло ровно всё то же, что и с малым камне, который покоился возле большой белой глыбы. Сомнений нет: передо мной лежит или, сидит, если угодно, ни какая-то загадочная зверушка, как я его назвал при первом просмотре фильма КП 156-его, а передо мной лежал замечательный вполне типичный для нашего заповедника ярко-жёлтый булыжник

Кстати, белая глыба, в отличии от жёлтого камня или, непонятного мне "зверка", нисколько не изменилась, хотя, повторяю, габариты камней я не измерял — ни времени, ни измерительных инструментов у меня не было.

Внешне, большая белая глыба похожа на рядом лежащую глыбу, которая раздроблена несколько больше, чем наша. У неё вообще отломилась верхняя часть и сейчас отломленные куски лежат отдельно от основной массы. Ожидает такая же учесть нашу глыбу, которую я заметил ещё весной. Вряд ли. Такая судьба камней характерна только для земной механики. Эфир не станет ломаться под действием механического перенапряжения. Эфирная субстанция просто тиха конденсируется в вещество, не испытывая никаких напряжений. Это лишь иллюзия, будто скала вылезала из земли, трескались и ломались большие куски на более мелкие. Я несказанно рад, что сотрудники GHAZAL осознали это и взялись тщательно изучать эфирные феномены.

Однако на этом пути нас эфирщиков ждут серьезные трудности. Перечислим эмпирические факты,, которые мы получили в данный момент.

В рамках пребывания в заповеднике GHAZAL во время осеннего туристического путешествия мне удалось установить с некоторой степенью достоверности (далеко не стопроцентной) факт изменения формы камней на третьем участке, находящемся в тупике верхней бульдозерной дороги. Эти изменения произошла в период времени, начиная с конца апреля по конец октября.

Наиболее надежным фактом изменения формы овеществленного эфира является камень номер 6, находящийся в районе 365-го пня. В чём заключались изменения? Изменению подверглась форма и цвета камня: весной я нашел его более темным и округлым; спустя полгода, осенью он посветлел и стал угловатым.

Вторым по степени доверия я считаю изменение камня 3. Он, как и камень 6, имел примерно те же признаки изменения: весной он имел более темный цвет, характерный для камней, испытавших эрозию, а спустя полгода он стал светло-желтым и более угловатым.

Желтый камень, находящийся возле большого белого камня, тоже поразил меня своей метаморфозой. Мне трудно поверить, что из загадочного "зверька", каким его зафиксировала весной камера телефона, осенью он превратился в образцовый экземпляр эфирной овеществленной формы.

2-й камень, как и 6-й, весной имел более эрозивную форму. Чувствуется, что кубик имел темный цвет, а осенью приобрел светлый оттенок.

Наш критик заявит: всё это сильно смахивает на ловлю блох; сплошные натяжки. Вы ищите, там, где никаких изменений нет и никогда не было. Затратили массу усилий на оформление изображений, но фактически имеете груду никому не нужного мусора. Вы ведь сами указали на отсутствие хорошего качества изображений. По доброму, всю вашу серию весенних фотографий надо выбросить.

Да, верно. С самого начала я слишком увлекся сравнением изображений, которые нельзя было сравнивать. Потом начали двигаться по инерции, а позже уже не хотели признаться в ошибочности избранного пути.

Почти угадали. Только параллельно своей бессмысленной работе, я пришел к следующей далеко не бессмысленной идеи. В предыдущем видео-ролики, КП 168, мы научились понимать принцип организации эфирных форм, Самое главное в этом деле разделение на прямое (для физического вещества) и обратное (для эфирного вещества) пространства — вещь давно известная, но, к сожалению, давно забытая, а потому редко, где использованная. А ведь нас больше интересует вопрос, как возникают эфирные формы, откуда они берутся.

На поверхности астероидов и комет мы наблюдаем, практически, мёртвую картину, когда масса больших и маленьких камней никуда не перемещается. И только на комете Чурюмова--Черенкова наблюдается движение. Процитируем фрагмент из КП 88.