Часть 47

УСТРОЙСТВО СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ

Олег Акимов



https://youtu.be/M0iJqhAN1wM

Это — заставка, которая появляется на экране моего и, надеюсь, вашего компьютера перед тем как загрузится система. Сегодня воскресенье 23 декабря 2018 года 6 часов утра 42 минуты. Осталось пара дней до Рождества следующего 2019 года. Надеюсь, к началу новогодних праздников закончить с этим видео-роликом, с которым сильно затянул. Всё не знал как мне начать КП 171 — пятый фильм после открытия четырех фильмов об открытии Заповедника GHAZAL.

(фрагмент фильма "Эфир, часть 1")

Мой видеоканал начинается с фильма "Эфир (часть 1). Эфирный ветер нельзя обнаружить". 251 745 просмотров на сегодняшний день. Фильм опубликован 4 года назад. В аннотации к фильму говориться: "История науки учит, что практически весь фундамент классической физики возник из попыток построения модели эфирной среды. Эфир — это не вещественный, но вместе с тем вполне материальный агент, посредством которого происходит взаимодействие между вещественными телами.

(Зачитывается аннотация к фильму "Эфир, часть 1")

Сегодняшняя заставка вполне символическая. На ней мы видим бескрайнее поле какой-то растительности, вдали виднеется дерево. В заповедника GHAZAL деревья играют наиважнейшую роль, точнее, пни от деревьев, вокруг которых вырастают овеществлённые формы эфира в виде каменистых образований.

Сейчас вы видите большой многоэтажный корпус отеля GHAZAL, куда я вместе с женой прилетаем из Москвы в Анталию. В этом, 2018 году, мы с ней отдыхали весной и осенью. Помимо отдыха на берегу моря, мы изучали достопримечательности Анатолийского побережья.

Весной мы с ней открыли чудесное место. Из окна отеля я увидел сравнительно невысокую сопку, на вершине которой стоит скола. Весной я с женой сходил к этой сопке. Со стороны отеля видна голая восточная сторона сопки. Перевалив сопку, мы увидели густо заросшую сосновыми деревьями долину. Но западная сторона сопки покрыта пнями и следами от космических струй. Очевидно, что здесь тоже когда-то росли огромные сосны, но из-за попаданию в эту зону космических струй, возник пожар, деревья сгорели, от стволов остались только пни.

Глядя на скалу из окна отеля, можно увидеть белый обелиск вблизи скалы с восточной стороны, который по утрам во время восхода солнца начинает ослепительно сиять.

Вот он снят с близкого расстояния. На фотографии указан её код: 2018 год, 22 октября, 12 часов дня 32 минуты 40 секунд. У подножия обелиска видны два пня, один из которых невероятного огромного обхвата. Эта характерная черта заповедника GHAZAL. Кажется, именно пни способствуют необычной стимуляции для возникновения камней.

Осеннее солнца еще высоко, но уже клониться в сторону запада, поэтому обелиск хорошо освещен. Откуда взялась эта белая краска? Я не знаю химического состава краски. Знаю лишь, что внешне она похожа на густую сметану, которая, однако, застыла, превратившись в некую разновидность твердокаменного бетона.

(Начало прохода фрагмента КП 171 05:46)

Так выглядит "сметана" вблизи при достаточном её количестве (далее кавычки ставить не буду, так как теперь все знают, что я имею в виду).

На этой фотографии видно, что солнце освещает скалу с востока; снимок скалы сделан с западной стороны, так что большинство камней — тёмные, но те места, где проступает сметана, камни выглядят светлыми.

Здесь солнечные лучи местами падают на гору, расположенную на противоположной стороне магистраль D-400. Восточный склон нашего холма не освещен прямыми солнечными лучами, так что обелиск выглядит бледно серо. Но если на него падает прямой солнечный свет, он начинает как будто бы светится, подобно белому мрамору.

Здесь мы видим опрокинутый обелиск, жирно смазанный сметаной, т.е. на поверхности этого образца овеществленного эфира сметана появилась в виде толстого слоя, так что она залила щели между отдельными кусками обелиска.

Здесь, наоборот, сметаной вымазан небольшой фрагмент щели, который обведен красным прямоугольником. Создается впечатление, будто сметана выделялась из этой щели.

На этой фотографии сметана играет примерно такую же роль. Кажется, что некий неаккуратный каменщик посадил на белый цементный раствор, осколок камня и небрежно замазал свою работу.

Эту широкую щель замазать цементирующим раствором не удалось. Из щели виден чёрный грунт, который особенно заметен на фоне белой сметаны.

В красный овал обведен кусок широкой щели, из которой торчит трава. Чувствуется, что эфир пытался замазать щель сметаной: вокруг пучка травы камень покрыт каким-то белым налётом. Но полностью замазать эту щель не удалось. Эфир справился лишь с короткой узкой щелью, обведенной красным прямоугольником.

На следующей фотографии красным прямоугольником обведен утерянный фрагмент камня. Эфир решил было компенсировать недостающий фрагмент — увы утерянного фрагмента рядом не оказалось. В итоге, мы видим лишь слабое просветление кромки.

Вижу кусок серого "арбуза" с толстой белой коркой — такая у меня возникла ассоциация. В красных прямоугольниках показаны повреждения арбузной ткани. На втором плане, за арбузным куском, лежит белый камень В широких вмятинах этого белого камня забился мусор из старой хвои.

Эту картинку можно истолковать иначе, особо обратив внимание на смятую вершину арбузного ломтя. Кусок былого камня просто лежит рядом с арбузом. Никакого отношения к нему камень не имеет.

Перед нашим взором ещё один ломоть арбуза, но его размер намного больше первого. Он тоже имеет толстую светлую корку. Серое тело второго арбузного ломтя, как серое тело первого, имеет изъяны в виде трещин. Эти трещины залиты светлой сахарной сметаной.

(Повтор фрагмента КП 171 10:50)

Так выглядит "сметана" вблизи при достаточном её количестве (далее кавычки ставить не буду, так как теперь все знают, что я имею в виду).

На этой фотографии видно, что солнце освещает скалу с востока; снимок скалы сделан с западной стороны, так что большинство камней — тёмные, но те места, где проступает сметана, камни выглядят светлыми.

Здесь солнечные лучи местами падают на гору, расположенную на противоположной стороне магистраль D-400. Восточный склон нашего холма не освещен прямыми солнечными лучами, так что обелиск выглядит бледно серо. Но если на него падает прямой солнечный свет, он начинает как будто бы светится, подобно белому мрамору.

Здесь мы видим опрокинутый обелиск, жирно смазанный сметаной, т.е. на поверхности этого образца овеществленного эфира сметана появилась в виде толстого слоя, так что она залила щели между отдельными кусками обелиска.

Здесь, наоборот, сметаной вымазан небольшой фрагмент щели, который обведен красным прямоугольником. Создается впечатление, будто сметана выделялась из этой щели.

На этой фотографии сметана играет примерно такую же роль. Кажется, что некий неаккуратный каменщик посадил на белый цементный раствор, осколок камня и небрежно замазал свою работу.

Эту широкую щель замазать цементирующим раствором не удалось. Из щели виден чёрный грунт, который особенно заметен на фоне белой сметаны.

В красный овал обведен кусок широкой щели, из которой торчит трава. Чувствуется, что эфир пытался замазать щель сметаной: вокруг пучка травы камень покрыт каким-то белым налётом. Но полностью замазать эту щель не удалось. Эфир справился лишь с короткой узкой щелью, обведенной красным прямоугольником.

На следующей фотографии красным прямоугольником обведен утерянный фрагмент камня. Эфир решил было компенсировать недостающий фрагмент — увы утерянного фрагмента рядом не оказалось. В итоге, мы видим лишь слабое просветление кромки.

Вижу кусок серого "арбуза" с толстой белой коркой — такая у меня возникла ассоциация. В красных прямоугольниках показаны повреждения арбузной ткани. На втором плане, за арбузным куском, лежит белый камень В широких вмятинах этого белого камня забился мусор из старой хвои.

Эту картинку можно истолковать иначе, обратив внимание на смятую вершину арбузного ломтя. Кусок былого камня просто лежит рядом с арбузом. Никакого отношения к нему камень не имеет.

Перед нашим взором ещё один ломоть арбуза, но его размер намного больше первого. Он тоже имеет толстую светлую корку. Серое тело второго арбузного ломтя, как серое тело первого, имеет изъяны в виде трещин. Эти трещины залиты светлой сахарной сметаной.

(Конец повтора 15:57)

Я подготовил несколько фотография, на которых обвел красными или голубыми линиями белые камни, на которых видны следы сметены.

На этом камне, как и на предыдущих двух, сметаной замазаны трещины и повреждения на камне.

Красным овалом обведены опилки. Они указывают, что сотрудники заповедника изучали древесину пней. Опилки высыпались на кору дерева, на которой нанесён код изображения.

В голубой круг заключен фрагмент окаменелой древесину или коры. Окаменелостей такого рода много встречается в кусках "торта Наполеон". Так мы называем осколки скалы, которые "имитируют" её разрушение. Отдельные куски скалы только моделируют овеществленные форма эфира, а 3D-принтер воспроизводит их с помощью кремнесодержащих соединений, первым из которых является SiO2.

Вот ещё опилки, помещенные в красный овал, но насыпанные уже возле другого пня.

На этой фотографии видно два образца овеществленного эфира. В красном овале — наш старый знакомый — обелиск, стоящий на восточном склоне холма. В прямоугольнике тоже можно сказать обелиск, но лежащий уже лежащий на западном склоне холма.

Не будем забывать, что обелиск на восточной стороне холма возник возле двух пней. Уже говорилось, что пни в зоне заповедника GHAZAL имеют первостепенное значение.

Вершинка камня, заключённого в прямоугольник, тоже можно считать обелиском. Наверняка, возле него есть пни. Увы, пней не видно, но фотография самого обелиска у меня, к счастью, имеется.

Это макушка обелиска, а это его основание.

Перед нами фотография пня № 243, о чём нам сообщили сотрудники заповедника, написав на камне этот хронологический номер.

На этой фотографии сняты уже два пня — № 246 и № 247, что подтверждается соответствующими надписями на камнях.

Наш старый знакомый — пень № 365-й с грудой камней. Пень и камни образуют 3-й участок заповедника, расположенного в конце верхней дороги, идущей по западному склону холма.

Пень № 246-й зажат между камнями, причем камень слева как бы опирается на пень, наклонен к нему.

Кора пеня № 253 частично прикрывает камень слева, а частично кора проникает в тело камня.

Итак, порядковые номера упомянутых четырёх пней такие — № 241, 246, 247 и 253. Они сильно отличаются от порядковых номеров четырёх других пней — № 365, 366, 367 и 368. Как видим, четыре последних номера отличаются более чем на сотню! Однако, я не думаю, что сотрудники GHAZAL ошиблись в этом вопросе. Скорее всего, они верно определили хронологию пней в заповеднике GHAZAL. Это мне стало понятно из анализа общей картины нумерации пней.

Нумерация началась с первого участка заповедника, который расположен в конце окружной бульдозерной дороги, охватывающей почти весь заповедник целиком. Пней там сравнительно мало, следовательно, и номеров на этом участке немного. На глаза мне попались пни с номерами № 2, 21 и 37.

Не стану показывать все пни с названными номерами. Хочу показать только три рядом стоящих пня № 366, 367 и 368.

Два первых пня, № 366 и 367, видно хорошо, их рассмотреть можно, но пень № 368 видно плохо; его закрывает трава.

Но у меня есть фотография, на которой этот пень снят с близкого расстояния. На ней можно рассмотреть, что с левой стороны пня имеется камень (он взят в красный квадрат), который стоит почти вертикально и как бы прислонился к пню.

Камень в красном квадрате — желто-коричневого цвета, а это значит, что он моделируется 3D-принтером камнями четвертого участка, занимающего большую часть холма, подвергшуюся воздействию космических струй

Давайте ещё раз внимательно рассмотрим коллаж, составленный из двух фотографий, на которых изображена пара пней, пронумерованных как 365-й и 366-й. Пень № 365 нас сейчас интересовать не будет. Изучим фотографию с пнём № 366.

Так выглядит пень № 366, правда, здесь не видна нижняя часть двух камней, которые прислонены к этому пню.

На этой фотографии нижняя часть камней показана целиком.

В комментарии к предыдущему ролику, КП 170, мы уже говорили, что эфирное овеществление всегда происходит таким образом, что осколки камней только моделируются эфиром, т.е. эфир работает как 3D-принтер. Что это значит?

Это означает, что все камни воспроизводятся в нашем реальном, физическом пространстве, отдельно — совершенно независимо друг от друга. Так что нам лишь только кажется, что рассыпанные возле пня № 366 каменные осколки образуют нечто цельное. В действительности, каждый камешек воспроизводится независимо от всех прочих камней, лежащих рядом с данным пнём № 366.

Опустим критику релятивизма и формальной физики, но кратко напомнить успехи последнего времени для тех, кто не следит за развитием нашей эфирной теории, я думаю нужно.

Новейшая теория эфира началась с КП 159 или УСС 35. В этом видео-ролики я напомнил о решении проблемы "прилипания" к астероиду Итокава больших и маленьких камней. Мы говорили, что камни не могут "прилипать" за счет гравитационного или электрического притяжения, поскольку эти сила слишком слабы, чтобы образовать астероид, как связанное космическое тело.

То же самое относиться к комете Чурюмова-Герасименко, состоящей из двух огромных кусков, на поверхности которых находятся множество мелких камешков и микроскопических песчинок. До сих пор нам было непонятно за счет каких сил, они собраны вместе.

Камни на поверхности астероида Итокава и кометы Чурюмова-Герасименко, вызваны ровно теми же причинами, что и появившиеся на поверхности земли худу, включающих в свой состав элементы окаменевшей древесины.

Худу — это овеществленные формы эфира, возникших, в частности, на бесплодных землях национальных парков западного побережья Северной Америки. Но овеществленных форм эфира существует множество. Они разнообразны и очень непохожи друг на друга. Наиболее известными формами овеществленного эфира являются "грибы" Кападокии. "Гриб" представляет собой огромную глыбу, возлежащую на глиняной ноге, часто конусообразной.

И вот мы обнаруживаем, что "грибы" Кападокии, многочисленные и разнообразные худу — с одной стороны — камни на поверхности Итокавы и комете Чурюмова-Герасименко — с другой стороны, имеют те же самые фундаментальные свойства, что и камни, разбросанные в заповеднике GHAZAL, находящемся в Анатолии. В чём состоят эти фундаментальные свойства?

А в том, что все камни GHAZAL, включая возвышающийся на вершине холма каменистый утёс находятся на поверхности земли. Утёс и все камни холма лежат на поверхности. Лава из брекчий, образующих хребёт на вершине холма, имеет, разумеется, определенную толщину. Однако, вновь образованные булыжники, подвергшиеся высокой температуре и потому приобретшие жёлто-коричневый цвет, возникают на поверхности потока лавы.

Граница между белыми камнями, расположенными преимущественно вблизи скалистого утеса, и жёлто-коричневыми камнями, возникшими на поверхности потока лавы, довольно резкая. Основной поток лава протекал по вершине холма и, тем самым, образовал хребет холма.

Таким образом, хребет состоит из брекчий, испытавших высокую температуру, за счет обрушившихся на холм мощных космических струй, которые превратили брекчии в жидкую массу серого или слегка зеленоватого цвета.

Водоразделом между зоной белых камней и жёлто-коричневых является участок 3, который расположен в конце верхней бульдозерной дроги, где находится пень № 365. В районе этого пня валяется множество преимущественно белых камней, хотя среди них есть камень 3, покрытый жёлтым наростом, образованным окаменелым деревом.

Этим камням, разбросанным на третьем участке верхней бульдозерной дороги, расположенной возле 365-го пня, был посвящен фильм КП 169, в котором производилось сравнение фотографий камней, снятых весной 18-го гола, с фотографиями камней, снятых осенью этого же года. Из-за плохого качества весенних фотографий сравнение камней оказалось невозможным, т.е. мы не можем уверенно сказать, изменились ли габариты камней за полгода 18-го года. Хотя и отмечали некоторые эрозивные моменты: судя по фотографиям внешний вид камней всё-таки изменился.

В чём состояло это изменение? Мне показалось, что все увиденные мною камни стали немного светлее, точнее, стали белее. Мне скажут: "Да ну, что ты говоришь? Это какое-то лично твое, чисто субъективное впечатление". Возможно, воздух в этой местности был более прозрачным и солнышко светило ярче. Как бы там ни было, какие бы внутренние состояния души или же внешние факторы не повлияли на меня в тот период, но осенью 18-го года я начал более внимательно присматриваться к камням, разбросанным в долине заповедника GHAZAL. Теперь хочу поделиться с вами увиденным и хочу, чтобы и вы, дорогой наш посетитель, вместе со мной внимательно посмотрели на камни, которые я видел либо у самого подножия скалы, либо на некотором удалении от нее.

Сейчас мы находимся возле большого белого камня, который я снял на кинокамеру своего телефона и о котором я много рассуждал в предыдущих роликах. Напомню, что ниже этого белого камня лежит жёлтый камень меньшего размера. На фотографии с белым камнем, на котором стояла бутылка с водой, Лена как раз сидела на этом жёлтом камне.

Я уже говорил, о раздробленности белого камня, который сравнивал с раздробленностью аналогичного белого камня, верхняя часть которого полностью отделилась от основного куска. Собственно, с этой темы, а именно, с несвязанностью расколотых (треснутых) камней, я начал данный ролик, КП 171 или УСС-47, который я снабдил заголовком Эфир, "сметана" и 3D-принтер. Рубрика, куда попало несколько последних роликов, называется Формы овеществленного эфира. Это слишком длинное название символизируется одним словом — эфир. Термин 3D-принтер отражает фактическое положение дел. Все белые и жёлто-коричневые камни, как и вся целиком скала, возвышающаяся на вершине холма, воспроизводятся эфиром, существующем в обратном пространстве кристалла.

Тема обратного пространство кристалла рассматривается в КП 168, где напоминается о прямом и обратом пространстве кристалла, тесно связанном прямыми и обратными Фурье-преобразованием, Более детально эти вопросы рассматривались в фильме Эфир (часть 8). "Мир трехмерен: многомерные мира не существуют". При этом нужно не забывать, что эфир имеет твердое кристаллическое строение. Это доказывается многими способами, которые подробно излагаются в фильме Эфир (часть 2). "Модель атома Томсона и пылевая плазма". Любая кристаллическая решетка имеет два ортогональных представления — прямое и обратное. В частности, из физики твердого тела известно 14 прямых решёток Бравэ и столько же обратных.

Данный фильм открывается двумя сломанными плитками из брекчий, прислоненных к пню № 366. Я сделал это только для того, чтобы сейчас показать вам три примерно таких же плитки из брекчий, но лежащих уже на горизонтальной поверхности холма и потому не сломанных.

Это, пожалуй, самый трудный момент для понимания моей теории эфира. Мне возразят: вы считаете, что указанные камни материализуются из эфира? — Да, именно так. Причем, всё нижесказанное относится не только к брекчиям, но и к любым каменистым образованием, находящимся в зоне заповедника GHAZAL.

Прежде чем вы что-то попытаетесь сказать дальше, вспомните, что все мои выводы основываются на конкретных фотографиях, которые имеют соответствующий код, например, такой: IMG_20181022_121840. Он означает, что данная фотография сделана в 2018 году, в октябре месяце, т.е. 10, 22 числа, в 12 часов дня, 18 минут, 40 секунд.

Мною проанализированы десятки тысяч фотографий и видеофильмов, снятых в весной и осеню этого, 2018 года.

Я не формалист, тем более не релятивист, которых беспощадно критикую за умозрительные спекуляции. Выводы, которые я делаю, основываются исключительно на полученных мною визуальных подтверждений. Если говорится, что две вертикально стоящие сломанные плитки и три лежащие на земле целых плитки являются овеществленными формами эфира, то тем самым сказано ничего, что выходит за рамки фотографии, за исключением указания на источник материализации. Иначе нам пришлось бы прибегнуть к сверхъестественной силе, например, Богу, в которого я не верю.

Говоря о 3D-принтере, я просто сравниваю реально существующий факт с тем, на что это похоже, иначе говоря, что нам хорошо известно и что мы можем легко себе представить, без углубления в принцип работу этого устройства.

Довольно быстро я сообразил, что все белые камни и даже вся целиком скала сформировались не в течение миллионов лет, а сравнительно быстро. Дело в том, что как только я взобрался на холм, который увидел с лестничного пролета отеля GHAZAL, и оказался на верхней бульдозерной дороги (это участок 3), мне бросились в глаза обгоревшая трава и обуглившиеся сухие ветки деревьев. Нетрудно было сообразить, что не так давно это место попало под воздействие космического потока, следы которого виднелись повсюду на западном склоне холма.

С космическими струями человечество столкнулось во время возникновения сильных лесных пожаров — основных инициаторов этого ужасного бедствия.

Я также понял, что не только жжёная трава появилась после того, как бульдозерист проехал по склону холма, но и выпавшие на дорогу белые камни, которых особенно много оказалось возле пня № 365. Мне было ясно, что эти камни прилетели не откуда-то сверху, например, со стороны скалы; они появились здесь же, непосредственно рядом с пнём.

Осенью я посетил сопку, которую, как и отель, назвал GHAZAL, второй раз (если считать, что первое посещение состоялось весной). И что вы думаете? Спустя полгода здесь произошли огромные перемены. Сразу скажу: появление пасеки я не отношу к каким-то значительным переменам. Она — не главная; в принципе, ёе могли разбить кто-нибудь из местных жителей. Но так называемые "пчеловоды" решили специально познакомиться со мной. Это была супружеская пара лет 35 – 40. Муж сразу же решил продемонстрировать свою отменную выучку, для чего поднялся на вершину скалистого утёса. Я внимательно следил за ним. Без всяких альпинистских приспособлений (например, верёвки) он сделал подъём на скалу столь шустро и быстро, что в нём без труда угадывался скалолаз-профессионал.

Это, конечно, тоже не главное. Удивило другое. Когда муж поднялся на вершину, походил вокруг флага, наконец, сел на край утёса, чтобы с высоты полюбоваться на Анатолийское побережье, он неожиданно куда-то исчез.

Мы с Леной собрались уходить в отель — время было обеденное. Вдруг жена пчеловода громко закричала мужу и начала улюлюкать, как это часто делают мусульманские женщины. Потом сорвалась с места и побежала за нами.

"Зачем она бежит за нами?" — спросил я Лену. "Наверное, она переживает за машину, на которой приехали" — предположила моя супруга. "Вряд ли, — отвечал я ей. — Разве она не понимает, что мы интеллигентные люди и не станем красть их машину". Кстати, машина была маршрутным такси, так что пчеловод был, видимо, одновременно и таксистом . Странно, очень странно ведёт себя эта парочка пчеловодов.

Пчеловоды приходили к нам во вторник, 23 октября, а днем раньше нас с женой посетила другая молодая парочка — тоже мужчина и женщина, примерно такого же возраста, что и пчеловоды, только, мне показалось, что они не были супругами. Мужчину я условно буду называть начальником, женщину — рядовой сотрудницей заповедника.

Лена заметила их намного раньше. Пока я пытался забраться на скалу (мне это не удалось, хотя я очень старался), жена осматривалась по сторонам и заметила, как они прошли по основной бульдозерной дороги.

Эта дорога ведет к первому участку заповедника. На обочине этой дороги я обнаружил множество белых камней с отверстиями. Чтобы обратить внимание командира, один из таких камней с отверстиями я подвесил за ветку дерева. Вообще-то, я действовал, как варвар. Вряд ли командир одобрит мою инициативу. В поисках камней с дырками, я грубо и небрежно разворотил обочину дорогу, а это всё-таки заповедник — по нумерации свыше четырех сотен пней это было очевидно.

Более того, я извлекал отдельные камни и вытаскивал их на середину дорогу, чтобы сфотографировать, а это ни в коем случае нельзя было делать. Камни с отверстиями — это продукт изготовления 3D-принтера. В качестве изготовления изделия эфир пользует известняк или подобную ему горную породу. Изделие обычно сложное, тонкое, хрупкое. Хорошо, что командир и сотрудница заповедника передвигались по грунтовой дороге пешком. А ведь пчеловоды приехали на машине. Может они или кто-либо другой захочет подъехать на машине — непременно, раздавят бесценные эфирные конструкции.

Эфирные образцы с дырками оказались на обочине дороги зарытыми довольно глубоко в земле. Кажется, это противоречит тому, что мы видели раньше. До сих пор нам попадались куски чистых белых камней, булыжники с вкрапленной окаменевшей древесиной, огромные ломти "торта Наполеон", шматки кекса жёлто-коричневые цвета, образовавшегося на поверхности потока застывшей лавы из брекчий и т.д. Всё это — продукты 3D-принтера, которые хвастливый эфир непременно выкладывается на всеобщее обозрение. Формы овеществлённого эфира должны лежать на поверхности земли. Это железное правило действует на всей территории заповедника GHAZAL в силу существования на ней обратного эфирного пространства.

В тех местах леса, где растёт трава — путь сухая, прошлогодняя или засохшая 3-4 года назад, — где образовались кучи мусора, скопившегося в течении нескольких лет, куда помимо песка и глина попала хвоя, шишки, ветки, кора деревьев и прочие вещи, эфирные продукты непременно лягут сверху. Если эфирное "добро" оказалось внизу, под кучей мусора, то это значит, что весь этот лесной хлам насыпался после окончания работы принтера. В нашем случае мы должны говорить не о хламе и мусоре, а о высоком валике земли, который образуется на обочине грунтовой дороги после прохождения бульдозера. Зная время прохождения бульдозера, можно судить и о времени образования камней с отверстиями.

Зря я беспокоился за сотрудников заповедника GHAZAL, так как множество чудных отверстий эфир насверлил в отвесных стенах рядом стоящих скал. Разумеется, с моим неуклюжим здоровьем мне удалось снять немного нормальных кадров.

*
*   *

Впрочем, копался на обочине дороги я всё-таки не совсем напрасно, поскольку отверстия в камнях я тоже нашел на территории первого участка Заповедника.

*
*   *

*
*   *

Наблюдая за поведением начальника заповедника в течении нескольких минут, у меня сложилось впечатление, что он военный человек. Движения быстрые и решительные. Такими же быстрыми и решительными были движения третьего мужчины, который оказался перед заповедником в среду, 24 октября, чуть раньше, чем мы с Леной. Перед ним явно не стояла задача встречаться с нами.

*
*   *

В действительности, всё происходило согласно вполне понятной субординации между начальником и подчиненной: она стояла немного поодаль, почти за спиной у начальника.

На фотографии видно, что парень пошел вперед, пока мать что-то замешкалась с ребенком. После, Лена говорила, что муж усадил ребенка на свои плечи и, не обращая особого внимания на жену, начал стремительно подниматься в гору, справа от пасеки. Лена сказала про него, что он, наверное, эгоист, раз так обращается с женой. Я пытался защитить его от критики, сказав, что парень приехал сюда работать, а не отдыхать.

Судя по объему выполненных работ никогда не скажешь, что сотрудники GHAZAL приходили сюда отдыхать.

Пока вы всё это слушали, я демонстрировал фотографии, снятые при входе в заповедник.

Три огромных камня сваленные на обочине D-400, распорядился привезти, по-видимому, начальник.

Слева на снимке валяется глыба жёлтого туфа, неизвестно, откуда привезенного. А справа от туфа (или, туфита) лежит железобетонная конструкция, которую, возможно, привезли с территории, находящейся между дорогой, прилегающей к отелю GHAZAL и магистралью D-400. Мы там побывал вместе с Леной и я видел аналогичную железобетонную конструкцию, вероятно, когда-то обе детали были частями одного строительного сооружения.

Третий крайний справа камень чёрного цвета является обыкновенной брекчией, подвергнутой высокой температуре. Куски этого материала можно отыскать и в потоках лавы, и в искусственно созданной кучи, где лежит железобетонная конструкция.